FMRADIO.RU



Роман Торгашин: «Радио – это школа любви»



Музыкальные, спортивные, информационные… Только в одной Москве больше полусотни радиостанций, а по всей стране их тысячи. На любой вкус, только крути ручку приемника. И особое место в этом длинном списке занимает радио «Вера». Оно не гонится за новостной повесткой, не нагнетает и без того тяжелую политическую атмосферу. Это радио голосами своих ведущих и гостей говорит о Любви и подобно апостолам несет весть о Христе. И миллионы человек по всей стране ежедневно включают радио «Вера», чтобы услышать Евангелие дня и Апостольские чтения, послушать фрагмент любимой книги или узнать историю созданию популярной композиции. Директор станции Роман Торгашин рассказывает о вещании в эпоху интернета, трудностях в работе и чудесах, которые случаются с теми, кто верит.
– Технический прогресс движется вперед – всё меньше люди читают бумажные книги и журналы и всё больше используют электронные носители. Всё уходит в интернет. Слушает ли сейчас кто-нибудь радио?
– Охват радио падает, но существенно меньше, чем у других «старых» медиа. Смерть радио предрекали довольно давно: и с появлением телевидения, и с появлением интернета. Но важно учитывать один важный фундаментальный момент, который касается эргономики медиапродуктов. У человека есть несколько сфер восприятия: визуальная, слуховая и тактильная. Сегодня в медиапотреблении доминирует визуальная среда – кино, телевидение, видеоролики.
Но у нас осталось несколько фундаментальных ситуаций, где все органы чувств и восприятия заняты, остаются свободными только уши. Например, когда вы пошли готовить на кухню, сели за руль или осуществляете какую-либо производственную деятельность, когда просто идете, гуляете, глаза и руки в это время заняты. В таких ситуациях человек склонен слушать потоковое аудио.
Я ставил эксперимент: пользовался для прослушивания контента в машине своим смартфоном. Мне приходилось делать несколько кликов, чтобы найти и выбрать то, что нравится. Проигрался какое-то время, а потом опять поймал себя на мысли, что слушаю радио – так мне удобнее. Пока эфирное FM-радио надежнее, чем цифровые устройства.
Но поскольку охват радио снижается, то мы развиваемся и в цифровой среде – в ней живут подкасты, аудиокниги, разговорные ток-шоу, которые раньше жили на радио. Люди их слушают по своему желанию и запросу, а не тогда, когда включил программный директор, пытаясь угадать твой жизненный ритм.
Мы хотим, чтобы современный суетный человек задумывался о своем существовании, остановил бег, обратился к смыслу жизни, задал самый главный вопрос «Зачем?» и начал искать на него ответ. Мы делаем радиостанцию для этого. По отношению к уже церковным людям задача – сохранить человека в православном медийном поле, когда он находится вне молитвенной жизни, предложить ему альтернативу бесполезного прожигания времени.
– Получается справиться с этой задачей? Кто слушатели светлого радио?
– По нашей оценке, ежедневная аудитория радио «Вера» составляет порядка миллиона человек по всей стране. У нас около 100 передатчиков от Южно-Сахалинска до Калининграда. 52 миллиона человек могут включить приемник, найти нашу волну и послушать. На основе измерений, которые проводят социологические компании, мы предполагаем, что охватываем порядка двух процентов людей в день – около миллиона человек. В цифровой среде – примерно половину этой цифры.
Нас слушают очень разные люди – все те, кто ищет ответы на сложные жизненные вопросы, кто не стремится послушать сиюминутный информационный хайп. Альтернативы в FM-диапазоне нет. Могу сказать, что в самых разных кабинетах мы встречали преданных слушателей. Как правило, узнаём об этом из писем, которые приходят в редакцию, или из встреч, которые происходят в самых разных местах.
В 2014 году, когда мы только включились в Москве, один из первых теплых отзывов в наш адрес был от культурного атташе посольства Ирана. Человек – мусульманин, но ему нечего было слушать в автомобиле, мы оказались самым приличным, с точки зрения мусульманина, медиапродуктом в эфире Москвы. Мои коллеги и я сам тоже много раз слышали радио «Вера» в приемнике у таксистов-азиатов. Наше христианское вероучение не оскорбляет людей другого вероисповедания, напротив – им интересно познавать культурный контекст своих клиентов.
– Вам приходилось слышать, что кто-то, благодаря радиостанции, поменял свою жизнь, пришел в Церковь?
– Историй нам и пишут, и рассказывают довольно много, можно написать книгу. Иногда самые невероятные. Знакомый священник рассказывал нашему сотруднику удивительную историю своих прихожан, когда в их домохозяйство вломились грабители, связали хозяев, сели в гараже в дорогой автомобиль, чтобы его угнать, завели, а там заиграло радио «Вера». Они что-то такое там услышали, после чего вышли из машины, закрыли всё и ушли. Когда мы такие свидетельства получаем – а их довольно много, – мы через них понимаем, что Господь нас благословляет, и мы, наверное, идем по правильному пути.
– Как рождаются программы?
– Прежде чем впервые создавать программу, мы больше полугода делали так называемый нулевой цикл: проводили исследования, опрашивали потенциальную аудиторию. Потом написали на основе этого исследования концепцию. В концепции попытались ответить, зачем мы это делаем, для кого – подробно описали пять портретов наших слушателей.
Вот, например: это Аня, ей столько-то лет, она живет там-то, работает там-то, у нее такая-то семья, такие-то увлечения и так далее. Это такие собирательные образы. Мы попытаемся ответить на вопрос: «Зачем ей это радио нужно?» А также на самый главный вопрос: «Что мы хотим, чтобы она после взаимодействия с этим радио сделала, почувствовала или подумала?» Это первое, с чего мы и сейчас начинаем работу над каждой программой. Это наш самый главный и самый любимый вопрос.
Потом мы делаем пилотный выпуск, собираем авторский коллектив. Продюсер ищет авторов, ведущих, пытается собрать пазл в один элемент. Рождается «пилот», мы его слушаем, а затем утверждаем или нет. Бывало так, что у некоторых программ, которые сейчас в эфире, по 8–10 пилотов забраковывали. Потому что мы понимали, что не решали поставленную задачу. Какие-то программы с первого раза «взлетали» хорошо, а некоторые так и не родились – так и лежат до сих пор «пилоты», которые не пошли в серийное производство.
Если всю нашу стратегию нужно было бы свести к одному слову, то это было бы слово «зачем»: зачем нужна эта программа, зачем мы хотим это нашему слушателю сказать? Чем мы отличаемся от всех остальных медиа, которые работают по рекламной модели? Ведь у таких медиа есть задача ухватить, взять внимание своего слушателя, зрителя, читателя и продать его рекламодателю. И человек это чувствует, чувствует, что у него что-то забирают. А наша задача, чтобы слушатель чувствовал, что ему здесь что-то дают.
– Какие программы являются самыми популярными?
– Я скажу, не погрешив против истины, что это наш евангельский, библейский блок: «Евангелие дня» и «Апостольские чтения». С самого начала нашим «внутренним заказчиком» была поставлена задача – доносить до людей богослужебное Евангелие. Можно сказать, что в каком-то смысле мы этот жанр переоткрыли для медиа. Эти программы действительно востребованы людьми. И больше того – мы видим, что в других медиацехах этот язык, который был найден нашим творческим коллективом священников и продюсеров, находит свое решение, в частности, в видео и текстовых вариантах. И очень рады, когда коллеги заимствуют какие-то наши решения.
Также программы семейной тематики очень востребованы. Мне кажется, мы нашли язык, на котором можно что-то противопоставить антисемейной информационной волне, которая сейчас идет. Когда мы столкнулись с пониманием, что должны что-то ответить на это давление, мы пришли к выводу, что действовать в лоб нельзя. Жечь неверных глаголом – это не наш путь. Наш путь – показать красоту настоящей христианской семьи, показать полноту любви, которая в ней достигается, и показать естественный путь обретения человеком полноты бытия в этом мире.
Мы начали просто рассказывать вдохновляющие семейные истории, и они очень хорошо воспринимаются. Не только супружеские истории, но про удивительные отношения родителей и детей, братьев и сестер.
У нас есть публицистический разговорный формат, на котором построен вечерний прайм-тайм. Например, программа «Светлый вечер». Изначально идея была такая: если радио светлое, то мы должны и вечером человека, который едет усталый с работы, успокоить и «накормить» актуальной пищей, но не злободневной. Мы должны резонировать на его положительных струнах.
– Когда случаются сложные ситуации, периоды, как вы их переживаете?
– Таких ситуаций было много. Часто бывают периоды, грубо говоря, безденежья. Мы ведь некоммерческая организация. И когда я собеседую бухгалтеров, которые приходят к нам из различных бизнес-структур, то сразу предупреждаю, что придется работать в компании, которая перманентно является банкротом в каком-то смысле. Потому что затраты у нас есть всё время, а выручка – как Бог пошлет. У нас нет как такового системного товара, который мы продаем. Поэтому, как евреи по пустыне, ходим от манны до манны. Сегодня есть манна, а будет ли она завтра или нет – неизвестно. У нас были периоды, когда наступал новый месяц, а мы не знали, как платить зарплату сотрудникам. Но Господь пока не оставляет, терпит нас, стало быть.
Также непросто приходится получать новые частоты в других городах. Их ограниченное количество, и распределяются они на конкурсе Роскомнадзора. Победителям присваиваются за достаточно серьезную единовременную плату.
– Где тяжелее всего было выиграть частоту?
– О, это как раз одна из чудесных историй. Один из таких конкурсов за право вещания был в Екатеринбурге. Отмечу, что это третий рекламный рынок страны после Москвы и Санкт-Петербурга. Это один из самых дорогих городов. На тот момент конкурсный взнос составлял 6 миллионов рублей. А рыночная цена частоты в Екатеринбурге составляла 60 миллионов. Можете себе представить, какой на конкурсе был ажиотаж. Схлестнулись все наши ведущие медиаструктуры и медиахолдинги. Мы понимали, что у нас шансов нет.
Но так получилось, что два самых крупных игрока на рынке оказались в конфликте вокруг этой частоты. Если одному дать, другой страдает, и наоборот. Ситуация, с точки зрения регулятора, оказалась патовой. Кому ни дай частоту – все будут на рынке недовольны.
Мы попросили у владыки Кирилла (Наконечного) благословения, просили его молитв и участия. Он и материально со стороны епархии поддержал наш поход на конкурс. И мы каким-то чудом в столкновении крупнейших медиаимперий на тот момент выиграли в конкурсе в Екатеринбурге. Было это в день памяти Симеона Верхотурского. Какие еще нужны чудеса, чтобы уверовать? Когда ты приходишь ни с чем, а молитвами Симеона отраслевой регулятор свою волю склоняет к воле Божией.
Для сомневающихся в этом чуде было второе уверение. Запуск должен был быть перед Новым годом, и мы подали все документы. Обычно это очень длинный цикл. Частоту мало выиграть – надо еще год работать, чтобы ее запустить. И вот конец года. Число 27 или 28 декабря уже, наши вещательные подрядчики подали документы на самую последнюю разрешительную бумагу, которая обычно оформляется неделю или две. Все понимают, что уже Новый год и включение будет, дай Бог, в конце января – после длинных праздников. Мы уже успокаиваемся, и тут нам звонят из Екатеринбурга и говорят: «Мы разрешение получили, включаем вас». И включают нас на декабрьский праздник памяти Симеона Верхотурского. Всего за два дня нам оформили эту бумагу. Мы вот теперь точно знаем, кто за своих уральских земляков у Бога ходатай.
– Большая команда работает на радиостанции «Вера»?
– Сейчас порядка 30 человек работают на постоянных контрактах и человек 40 – на фрилансе.
– Чем является радио «Вера» для сотрудников?
– Радио «Вера» для всех нас – это своеобразная школа. Мы многому здесь учимся. Все в той или иной степени оказывались в ситуации, когда профессиональные возможности исчерпывались. Вроде бы ты всё делаешь правильно, а результата нет. И ты понимаешь, что единственный, кто в этом случае поможет, – Бог. Потому что ты сам больше ничего уже не можешь. И когда ты до этой точки доходишь, Господь тут же оказывается рядом, вмешивается и помогает. Это касается всего.
Любой творческий продукт – это всегда творческие конфликты. Через конфликт идет любое развитие. Мы очень много спорили, даже ругались в коллективе. И в итоге усвоили простой закон, что в любом споре выигрывает тот, кто проявит больше любви.
– Как это работает у вас на радио?
– Апостол говорит: «Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов» (Гал. 6: 2). В этом смысле радио «Вера» для нас как семья. Это школа любви, где мы учимся всю жизнь. Есть определенный символизм – редакция радио находится в Андреевском монастыре.
Внутри монастырских стен и искушения почти монастырские. И мы в редакции, как братья, которые для одного дела собрались, друг друга любим, но можем и ужасно разругаться из-за какой-то ерунды. В нашей жизни много таких искушений, и мы стараемся у монахов в этом смысле учиться. Учимся любви и стремимся к христианскому идеалу.

Источник: OnAir.ru

Роман Торгашин: «Радио – это школа любви»



* - Meta (Сети Facebook и Instagram - запрещены) решением суда признана экстремистской организацией на территории России.



Code: #13936_fmradio_connect