FMRADIO.RU



«На позитивной волне»: Андрей Калинин — о будущем радио, тайнах эфира и звездных гостях​. У псковской радиостанции «Седьмое небо» день рождения: ей исполнилось 22 года .




У псковской радиостанции «Седьмое небо» день рождения: ей исполнилось 22 года! Александр Машкарин в эфире ПАИ-live пообщался с бессменным руководителем радиостанции Андреем Калининым о творческом пути коллектива, перспективах радио, особенностях аудиорекламы и секретах ведущих.
«Привет, Джо!»
– Сколько лет я мечтал оказаться в студии радиостанции «7 Небо»! Наконец-то впустили, и то по работе. Открою маленький секрет: как-то в свое время, еще будучи студентом, я пытался начать карьеру радиоведущего. Карьера быстро закончилась, потому что нес я в эфир всякую чепуху, и один из руководителей радиостанции так и говорил: «Александр, ты когда в эфире, мне хочется разбить радиоприемник». Поэтому я пошел по печатной стезе. Но вот наконец на правильной радиостанции и с правильным собеседником спустя много-много лет. Андрей, 22 года – это для псковской радиостанции, которая не является филиалом большой радиостанции, космический срок жизни.
– Не то слово! Это в первую очередь большой труд — быть на гребне, быть всегда в теме, оставаться нужным и интересным, следить за всеми будущими (даже не нынешними) моментами. Это нелегко, но интересно. Здесь секрет очень простой: надо свою работу любить, чтобы ее хорошо делать (Горький еще, по-моему, говорил). Коллектив, который работает на станции, небольшой, но люди, которые сюда приходят, оставляют часть души, получается симбиоз эмоций, положительной волны, который и позволяет нам быть высоко в рейтингах. Да, приятно говорить, что мы всегда опережаем на чуть-чуть конкурентов. Потому что стараемся. Этот принцип, который мы взяли изначально, когда создавали станцию, был хорошо выбран, и сейчас мы так и идем с ним по жизни.
– «7 Небо» – радиостанция. Андрей сразу сказал, что «мы держим высоту»: высота – седьмое небо. Как корабль назовешь, так он и поплывет. Назвали корабль правильно. Как вообще родилось название?
– Были муки творчества. Был большой холдинг «Телеком – седьмой канал», была газета «Семь дней», и цифра 7 увлекла. Долго думали, как назвать станцию. Я немного расскажу предысторию. Это тот случай, когда кризис помог созданию нового в ситуации, когда все должно было рухнуть.
– Это кризис 1998 года?
– Да, Черный четверг, когда доллар после 6 рублей стал стоить 28. Для кого-то это был конец карьеры и жизни.
– Вдумайтесь, доллар – 28 рублей! Все рухнуло.
– В общем-то, в разы – и что случилось? Мы тогда были частью радиостанции «Европа Плюс». «Европа Плюс» – это одна из первых станций, которая появилась в коммерческом радиовещании страны, и мы были представителями в Пскове. И коллектив, который был изначально, был подготовлен большими профессионалами. Станция «Европа Плюс» была с большим количеством акций французов, поэтому тот взнос, который мы должны были делать ежемесячно, был в долларах. Естественно, заплатить в шесть раз дороже мы не смогли, было принято кардинальное решение попробовать, оглядываясь на то, что мы умеем. Подсмотрели хороший опыт «Норд-Вест радио». Коллегам большая благодарность, потому что они были инициаторами радиодвижения в Пскове, и мы подумали: «А почему бы и нет?» При этом была вообще интересная вещь: мы применили последние технологии, которые были, взяли ломаный софт из Америки «Мегамикс». Там радиовещание развивалось с лохматых годов, у них была станция на каждой заправке: проезжая мимо заправки, каждый владелец мог на заправке включать свою радиостанцию с радиусом буквально 15 километров и передавать приветы всем проезжающим мимо автомобилям.
– «Лохматый Джон, привет!»
– Вот! «Заезжай, у меня есть для тебя хороший бензин и кофе!» это был такой междусобойчик. Поэтому мы взяли оттуда техническую часть, я поехал на рынок «Автово» и закупил спортивную сумку дисков mp3. Музыкальный контент на тот момент переходил как раз на компьютерные рельсы, все остальные станции долго еще пользовались простыми CD-дисками, ставили ручками, и да, качество, конечно, мы чуть-чуть теряли.
– Да уж! В 1998 году радиостанции не только дисками еще пользовались, но и кассетами.
– Да, это было замечательно! И в итоге коллектив был подготовлен к старту. Мы долго не заморачивались. Важный момент: тогда не было лицензирования. Нам не надо было получать из Москвы никаких дополнительных документов, просто объявить, что мы начинаем вещать. И потом через год-два мы как старые вещатели получили автоматом лицензию, которую потом удачно пролонгировали.
– Нам остается только вздохнуть с ностальгией: были времена, когда можно было раз – и все!
– Да, и стать радиозвездой. Очень интересно было начинать новое, неизведанное, и это все влекло не только работников, но и всех, кто был слушателем, потому что для них это была загадка. Мы и оставляем ситуацию загадкой – в этом тоже секрет успеха.
– Так почему все-таки «7 Небо»?
– Ах да! Цифра 7 – она была, и хотелось сделать изначально тот слоган, который мы тогда ввели: «Наслаждайся!» Он по большому счету был изначально задуман для понимания всех будущих работ и стараний: человек от счастья на седьмом небе. Поэтому долго думать не пришлось. Когда фокус-группа работников собралась, сказали: «Вот такие названия». Про «7 Небо» все сказали: «Это самое лучшее!» Мы выбрали его и с песней по жизни так и идем. Такая же станция, кстати, есть в Дербенте. Мы с ними связывались, разговаривали и даже хотели обменяться оформлениями эфира, но с таким акцентом мы не смогли поставить в эфир. Когда мы там услышали: «Сэдмоэ нэба – радио для людэй», – мы поняли, что не сможем это взять.
– Были еще какие-то альтернативные названия?
– Я сразу не вспомню. Все было завязано на музыку, на настроение, на именно Псков. Вариантов было много, но почему-то, когда пришло «7 Небо» – раз! – и отошли все варианты, они стали не настолько приемлемы и интересны. Долго думать не приходилось – цифра 7 вела весь коллектив далеко, потому что Седьмой канал был успешен, газета «Семь дней» была востребована и интересна. Поэтому «7 Небо», в общем-то, было принято.
– «7 Небо» пережило всех, хочу я сказать.
– Это не так легко было сделать, потому что были разные истории в жизни «7 Неба». Мы выдержали и достойно всегда выходили из сложных моментов, потому что все равно мы средство массовой информации, и не только. Мы как коммерческая структура и, в общем-то, все радиостанции переживаем не лучшее время, когда идет пандемия. Первое, на чем экономят бизнесмены, – это реклама, поэтому сейчас один из сложных моментов, когда все радиостанции могут поплакаться и сказать: «Ох, были времена!» Но мы стараемся, тянемся. Мы, в общем-то, знаем, что есть будущее у радиовещания и не будет пока никакого цифрового, будет аналоговое, нам хватит частот, и главное, чтоб был слушатель. Мы интересные, мы востребованы, и пусть даже у каждого теперь есть любимый канал, в телефоне, на флешке или еще где-то подбор своей музыки, радио все равно будут слушать, потому что оно дает эксклюзив. Ну, об этом мы отдельно можем поговорить.
– А не обидно тебе и в целом твоим коллегам? Телеведущих узнают в лицо, а люди, которые делают музыку, звучат на весь город и часть области, стоят за работой популярной радиостанции, приходят – и никто не знает, что вот эти ребята сделали лучшую радиостанцию в городе. Нет, не обидно?
– Люди к чему-то стремятся, кого-то тщеславие ведет – это все жизненные потребности персоналий. И вот чем приятно радиоведущему? Он может оставаться загадкой. И есть такие примеры, не только у нас, очень много где, когда человек, услышав голос, к нему привязался, а потом увидел живьем этот образ и понял, что это не тот вообще…
– Не попал. Вот этот пухляш – и вот этот голос, да?
– Да. Это не секрет, что некоторые станции выбирают по тембру голоса себе ведущих. Раньше был жесткий контроль, редактор должен был отслеживать каждое слово, и образ коммунизма должен был быть во всех ипостасях, и в том числе и в том, что в эфире произносится, вплоть до дикции. Сейчас намного проще. Сейчас – это веление времени – жизнь вошла во все возможные и невозможные средства массовой информации, и все стало проще. Поэтому если уж песни стали петь все, кому не лень, и чувствовать себя звездами, понимать, что они делают массовую культуру, то точно так же и во всех остальных областях жизни. Секрет успеха у каждого свой: и у звезд шоу-бизнеса, и у радио- и телеведущих. Я его могу раскрыть, он прост: хочешь побеждать – отличайся. Вот если ты делаешь что-то как все, но чуть-чуть по-другому, у тебя будет слушатель, зритель, у тебя будет успех. Пусть это будет в какой-то части, эта часть может вырасти потом больше: потом постигнут, что ты говоришь, что ты делаешь. Если продуманно как идти к какой-то цели, всего можно достичь. А про наших ведущих все просто: многие из них стали действительно медийными личностями. Тот же Волков Вячеслав, он сейчас на «Мир-ТВ» занимает должность, тоже уехал на телевидение в Москве. Очень многие, кто был на радио и стал телезвездой. У кого какие цели. Те, кто работают у нас сейчас в эфире, уже состоялись на своих рабочих местах, для них радио – это адреналин, когда ты понимаешь, что по ту сторону эфира порядка 100 тысяч человек внимательно слушают все твои вздохи, и вот это людей сажает на какую-то необычную вещь, когда люди совершенно уходят в другое психологическое состояние. Поэтому это очень ведет людей к цели. Быть популярной станцией мы стараемся всегда.
– Насколько важно быть профессиональным радиоведущему? Ты сейчас сказал, что у тех, кто сейчас работает на «7 Небе», есть другая работа. Или это все-таки обязательная часть жизни, профессиональная карьера?
– Я скажу больше: у каждого ведущего свои программы – это своя задача, но это образ мышления в первую очередь. Образ мышления человека должен совпадать с теми словами, которые он говорит, чтобы не было разброса. Он должен по-особенному думать, чтобы эта мысль сразу доходила до слушателя особенным образом, цепляя его какими-то нотками. И важный момент – это харизма. Харизма человека, пусть он внешне, может быть, не цепляет, но голос и манера говорить должны притягивать – человек должен просто включаться и прислушиваться к каким-то моментам. Если смотреть на работу, у нас был опыт: к нам приезжал Чижов; когда он создает свой эфир-шоу, он делает действительно шоу, он знает, когда надо включить какую-то интригу, когда надо сделать эмоцию, хотя выключается микрофон – он выдыхает и с кислым лицом опускается в кресло. Но это выдох на какие-то доли секунды, потому что сразу включается мозг – и начинает нагонять к следующему выходу в эфир свою будущую реплику готовить заранее: лучшие импровизации – подготовленные.
– Когда говоришь о ведущих с харизмой, наверняка у тебя в голове фамилии людей «7 Неба» крутятся в голове. Давай не будем ходить вокруг да около и прямо назовем этих замечательных коллег.
– Если мы делаем какой-то проект, мы всегда даем ему жизни как минимум полгода, потому что люди входят и начинают свою работу. Мы долго готовимся, потом запрягли и поехали. И я благодарен всем, кто на радио работал, оставил частичку души, потому что люди пошли дальше. Кто сейчас работает – назвать их легко: Ирина – в эфире она Булгакова, она же Потапова, человек-профессионал, который может говорить одновременно в микрофон и писать параллельно текст: я всегда этим восхищался, многостаночник человек – прямо одновременно! Юлий Цезарь в женском обличии. Кто может держать аудиторию? Сергей Карпов, который тоже вернется скоро к нам в эфир.
– Да, Сергей, поправляйся!
– Потом, например, та же Инга Покровская, в эфире она делает новости – это очень качественная подача и большое доверие: действительно человек профессионально подходит к новостям, она делает ровно столько, сколько человек хочет слышать, – это вообще получается идеальная вещь из ее уст. Катя Ильинская – это наш бессменный ведущий, который начал свою карьеру на радио с самого начала радиостанции: она дает легко, как подружка, новости шоу-бизнеса. Я всегда так делаю: закрываю глаза и слушаю, что происходит. Я всех могу сейчас не вспомнить. Так что, ребята, всем огромное спасибо! Новый человек, который пришел, – я ему очень благодарен, что он появился в нашей команде: Никита Черкашин. Вы о нем услышите еще везде, во многих средствах массовой информации. Он – веление времени, модный, интересный и с хорошей подачей человек, о нем мы будем знать в будущем. Андрей Христофоров тоже наш бессменный ведущий, который делал «Бодрое утро», и ему привет огромный!
– Тот редкий случай, когда руководитель радиостанции может в эфире передать привет.
– Да, я не рассказал до конца. Это как раз момент создания станции, 1998 год, период кризиса, всем надо было ужаться, и мы запустили автоматическое вещание, ведущие ушли от микрофонов онлайн и стали записываться. И вот радио делается круглосуточно людьми, они могут писаться в любое время, они записываются и присылают свои материалы, выходят в эфир. Но все интерактивные онлайн-вещи хороши именно своей яркостью и запоминаемостью, что это происходит в данную минуту, это никогда не поправляется, это реально живая эмоция – и живая эмоция слушателей, и живая эмоция ведущего. Так что у нас в полном смысле станция, мы гордимся, что делаем не просто ретрансляцию, а создаем радио от и до все 169 часов в неделю – это наш продукт, это приятно.
– А не было желания иногда в тяжелые времена бросить и …
– И стать нефтяной вышкой.
– …Продаться большой франшизе – московской, федеральной, уйти под зонтик?
– По большому счету желания такого не было, потому что когда люди уходят под чей-то зонтик, они сразу становятся зависимы от этого зонтика и от будущих маневров. На данный момент мы имеем свой эфир, можем в любой момент его включить, посадить в студии любого собеседника, включить то, что нам нравится, не нарушая законов о СМИ и законов о рекламе, и мы можем себе позволить больше, чем те, которые ушли под какую-то крышу и теперь ограничены часом в день и двумя рекламными блоками в часе. Я скажу, что это инструмент для зарабатывания денег. Те люди, которые делают там радио, программы, тоже молодцы: их эфиры тоже интересны, они делают маленькую часть из того огромного объема, который делают в Москве на центральных станциях. Чем сложно еще «7 Небу»? В Москву съезжаются все умы, все идеи. Там, где деньги, рядом вьются все те, кто делает креатив. Мы конкурируем с московскими станциями, я считаю, на очень неплохом уровне, и если сейчас в эфире у нас, допустим, 18 станций с переменным успехом включаются-выключаются, для города Пскова это довольно-таки большое количество. Поэтому я думаю, что придется нам, наверно, сознаться, что мы, если бы вещали на Москву, тоже были где-то высоко в рейтингах.
– Я на самом деле, наверно, с Андреем соглашусь, потому что в каждом городе, который себя уважает, есть собственная радиостанция. В Пскове это «7 Небо».
– Андрей, честно только, ты сам «7 Небо» слушаешь?
– Да.
– Где?
– Чаще в автомобиле: я много передвигаюсь. «7 Небо» слушаю и дома в том числе. Я не слушаю одно «7 Небо». Для меня эфир – это переключение станций для того, чтобы понимать, чего ждать от конкурентов, на какой волне мы сейчас находимся, не отстаем ли где-то, где-то мы должны обгонять. Поэтому «7 Небо», скажем, мне также дарит положительную волну, и я честно скажу: с удовольствием слушаю то, что звучит в эфире. Я, например, могу здесь послушать, как все это создается, но когда выходит конечный продукт, с радостью понимаю, что получилось. Я горд за своих сотрудников, кто вместе со мной это делают, и рад, что, например, Саша Ищенко делает хорошую музыкальную подборку и миксы, делает все ланеры и все джинглы выставляет вовремя – они все выходят красиво. У нас красивый эфир – я этим горжусь. Программы, которые выходят, тоже слушаю в эфире. Именно в эфире: перед эфиром я просматриваю материал, а в эфире, когда это уже входит в общую канву… Да, я слушаю «7 Небо». Вообще люди, кто работает со звуком, любят тишину. Это не тайна, они всегда стараются выключить и посидеть отдохнуть максимально. Но для меня это, в общем-то, хобби, которое переросло в работу, и оно остается таким, нет отрицательного продолжения какого-то момента, когда бывает, что хобби перестает быть интересным, когда оно становится работой. Нет, у меня этого не произошло, слава богу.
– Расскажи, пожалуйста, за 22 года кто кроме нас еще сидел в этой студии? Ни для кого не секрет, что если какие-то звезды приезжают в Псков, то они тоже оказываются на «7 Небе».
– Мы несколько раз переезжали, как ни жаль. На третьей студии у нас была «Стена гордости»: мы всех просили расписываться, теперь осталась только фотография. Мы поддерживали российский шоу-бизнес, и поэтому звезды приезжали в гости. В последнее время не было такой возможности, чтобы сюда приглашать звезд большого уровня, поэтому все интервью были по телефону. Когда люди приезжали в город, им было приятно, потому что, скажем, особенно у крупных звезд, свои предвзятые моменты: нельзя интервью давать до концерта, человек беспокоится, как он выглядит. Поэтому они соглашаются с удовольствием по телефону сказать: «Я в вашем городе», – и какие-то эмоции выдавать. Но когда они приезжали в студию, это было очень приятно, потому что живое общение. Увидеть человека с другой стороны сцены – это всегда дорогого стоит. Из ярких у нас была даже была импортная звезда Ингрид. 22 года, поймите меня правильно, я буду называть те имена, которые, может быть, уже уходят в небытие.
– Нет, все-таки интересно узнать.
– Да, она с переводчиком была в студии, была очень сдержанна, но на большом позитиве, с улыбкой, и, что редкость для того времени, она не стеснялась петь в любую секунду, потому что, что греха таить, очень многие концертные деятели работали под фонограмму в то время, а она просто могла в разговоре вдруг – раз! – и начинать петь. Для меня это был легкий такой шок. Это то, к чему надо стремиться по большому счету, если человек действительно хорошо делает свое дело.
– Андрей – интеллигентный человек, он вспоминает приятные моменты, приятных гостей. Мы же, скандалисты, хотим услышать про кого-то, кто пришел, плеснул стаканом воды в лицо, нахамил, выматерился, ушел. Были такие прецеденты?
– Нет, таких моментов не могло быть, потому что слава богу, что это не мы к ним пришли. Когда приходишь к ним, например, как к Юрию Антонову перед концертом, к нему в гримерку было не зайти. Он перед концертом был смел, мог себе позволить что-то. И вот к нему в эту минуту не подходи, как ко многим звездам. Но когда человек едет на эфир, он уже знает, что его ждет микрофон, фотоаппарат, проект, который его покажет потом в том свете, в котором он себя показал. Поэтому, кстати, одна из причин, когда звезды не хотят ехать в пресс-центр или в студию: им лень готовиться к отдельному интервью. Те, что хотят себя двигать, всегда готовы – только скажи. Данко к нам приезжал – просился: «Давайте еще продлим эфир». Нам не удалось, у нас были рамки, и мы говорим: «Нет, извините». Он говорит: «Нет, давайте еще спросите что-нибудь». А остальные люди приезжали и очень корректно себя вели, не скажу, что все, но они старались быть интересными для слушателей, открывали свои интересные стороны души. Они все интересные собеседники в большинстве своем. Поэтому когда потом люди шли на их концерты, с благодарностью понимали, что это тот человек, которого мы слушали там, потому что со сцены, кроме Елены Ваенги, там никто о своей жизни не рассказывает.
– Стас Михайлов и Елена Ваенга рассказывают о своей жизни?
– Он очень немногословен – именно на телевидении, да? При встрече он старается не выдавать какие-то нюансы, предпочтения. Один был яркий случай, когда к нам Валерий Кузьмин (как раз он только-только женился) с молодой женой прямо в студию приехал, и она тихонько сидела, молчала, улыбалась в углу, а он был на большом позитиве. От рок-музыканта всегда ждешь грусти, а здесь у него был яркий эфир, потому что он говорил о положительных моментах. У него в жизни было много полос, как и у всех нас, только у рок-музыкантов они глубже и чернее, я бы сказал. Было интересно видеть становление артистов, которые приезжали в начале своей славы. Мы встречали те же девчачьи группы, начиная от «Стрелок»… я всех сейчас не буду перечислять, потом вспомню.
– Андрей не может сдуть пыль с этих имен.
– Нет, я просто сейчас поймал себя на мысли, что вспоминаю того же Максима Леонидова. Просто запоминаются яркие моменты. Те девчонки, которые начинают свою судьбу на сцене, продюсер больше требует от них какой-то важности, а когда они садятся в эфир – они простые девчонки, у них есть голос, у них есть свои жизненные интересы, но они пока не стали звездами, они пока, в общем-то, в пути. Поэтому на них было очень весело смотреть. Даже, что там говорить, когда к нам в студию зашла Настя Кочеткова и Радмира и был еще у нас «сам»…
– Это первые выпуски «Фабрики звезд»?
– Да. И «сам», звезда из Black Star, Тимати вошел в студию…
– Здесь был Тимати?
– Не в этой студии, но на «7 Небе» они были, да. Ребята, полные энтузиазма, у них начался после съемок гастрольный тур, они, естественно, шабашили каждый вечер в новом городе, но были открыты для общения, говорили о своих эмоциях, о жизненных ситуациях. Да, что-то из их прошлого было скрыто, но они были с горящими глазами, очень хотели многого. И в итоге если их вначале и сейчас видишь, то понимаешь, что это уже история, видишь, во что это перерастает.
– Сейчас позвонил человек, который захотел быть радиоведущим. У человека был такой голос – голос криминального человека: «Можно я буду ведущим?» Часто такие звонки раздаются?
– На личный телефон, слава богу, не часто, все по протекции, а вообще желание работать на радио возникает у большинства людей, наверно, с 16 лет, когда они понимают, что хотят сказать что-то миру.
– Ребята, не ходите в 16 лет на радиостанцию: я попробовал – ничего не вышло.
– Ясно, что потом человека оценивает профессионал, который будет это выпускать в эфир и понимает, что можно, в общем-то, а что повторение. Хочется, конечно, изобрести велосипед и с теми же ведущими. Здесь вопрос цели и задач. Некоторые станции делают для себя приоритетом приятное прослушивание: есть, например, станции, которые берут в первую очередь человека за тембр голоса… Это правильно.
– Тебе позвонил человек – как ты оцениваешь даже по телефону, на что обращаешь внимание?
– Я услышал нотки, которые могут быть притягательны: в этот момент слушатель возьмет и сделает погромче, потому что из всего потока вдруг слышен бархатный голос, и человек включит свое внимание. По большому счету это борьба за внимание, как и во всех средствах массовой информации: на какое-то время подтянуть к себе человека и в это время успеть ему сказать то, что надо.
– Я все стесняюсь спросить, но спрошу: Андрей, мой голос не подходит на радиостанцию?
– Тебе придется быть оригинальным, но без голоса. Тебе придется говорить те мысли, которые будут человека цеплять. Как и я, в общем-то.
– Так очень вежливо Андрей сказал, что голос у меня никуда не годится.
– С голосом тебе придется работать, потому что его придется подготавливать к победам. Как и мне: я в 12 лет был культорганизатором дискотек, объявлял оркестр «Дилижанс» и был диджеем на радио.
– В 12 лет?
– В 12 лет я был председателем дискоклуба Дома пионеров, и меня учили правильно выходить на сцену с микрофоном, держать сзади провод, который сейчас уже отсутствует, и, в общем-то, быть конферансье. Но свой голос мне никогда не нравился, приходилось брать чем-то другим. Если у нас иногда какие-то вещи озвучивают профессиональные актеры, то человек говорит честно: «Это мой инструмент, я час в день отдаю голосу». А кому-то это просто дается боженькой, и он легко может себе приобрести профессию без большого напряга, просто с правильной дикцией и со знанием языка он может стать диктором. Не надо ему быть оригинальным в прямых эфирах – ему достаточно просто качественно озвучить, чтобы кого-то это все зацепило. Для начала человека слышишь, как он может человека зацепить, а потом смотришь, насколько он интересен как собеседник. Например, гуру радиовещания Михаил Козырев, когда мы с ним общались, сказал: «Когда ко мне приходит ведущий, я ему в первую очередь говорю: «Расскажи анекдот» И здесь он оценивает именно вот эту «сказочность» персонажа, насколько тот будет интересен для всех остальных. Что там говорить, опыт радио у нас 22 года, те образцы, которые начинались с далекой заграницы, уже взяты за какую-то канву, но у нас есть очень интересные оригинальные идеи и оригинальные подачи. Поэтому наша радиостанция сильно отличается от западных, но старается приблизиться к ним по темпу, по подаче, как и весь шоу-бизнес тоже, в общем-то…
– Возвращаясь к радиоведущему, делаю выводы. Первое – либо хороший голос, либо оригинальные мысли, либо хороший рассказчик анекдотов. Позвонившего Андрей не просил рассказывать анекдоты, значит, с голосом у него действительно все было в порядке.
– Начало положено, да? Человек придет в студию, запишет демо, и мы поймем… Хотя у человека на данный момент голос пока еще ломается: это был студент с хорошим тембром. Поэтому первый шаг он сделал, его пустят в студию, а дальше посмотрим, как сложится его творческая судьба, может быть, это вообще не его.
– «7 Небо» занимает большую нишу в псковском сегменте радиостанций. Но в целом радио куда движется? Вспомним известный фильм «Москва слезам не верит»: ничего не будет, кроме телевидения.
– Все банально.
– Радио останется?
– Все банально, понятно и предсказуемо. На данный момент радио «7 Небо», как и было задумано, это радио-спутник, оно должно было быть у каждого рядышком, сидишь ли ты с собеседником, ведешь ли ты машину, это то, что тебе создает настроение, но не напрягает. Сейчас каждый, когда уходит в свою музыку, включает свою флешку или подборку музыки в телефоне, и остается со своей музыкой, которая ему нравится, если станция не предоставляет ему эту возможность из выбора всех контентов. Но радио останется как источник информации и как собеседник. Если на том конце провода будет человек, который тебе будет рассказывать интересную историю, если тебе будет он интересен как личность, ты останешься на волне радиостанции. Поэтому бессменные ведущие на станциях будут долго: они интересны как личности и как собеседники. И радио останется в этой ипостаси, там будет больше интересной информации. В общем-то, чем хорошо радио? Глаза не заняты: ты не должен писать СМС, не должен смотреть телевизор, ты за рулем, делаешь какую-то работу руками, и у тебя свободны уши. Свободные уши – это наша стезя.
– А способ доставки радиосигнала будет изменяться? В интернет сейчас есть интернет-телевидение, интернет-радио.
– На интернет-телевидение ушли все уважающие себя станции, они параллельно там существуют, потому что там можно делать подкасты (модное слово) – это по большому счету радиопрограммы, которые выкладываются в архив: человек что-то пропустил, он оттуда достанет и послушает. Это просто расширение возможностей: эфир останется, учитывая несложный способ подачи и доставки. Приемники, которые существуют, по стоимости очень недорогие, в том числе поэтому пока не будет цифровизации радиовещания: если телевидение ушло туда, то радио не пойдет, потому что свободных частот много, а приемник для цифрового вещания на данный момент стоит около 300 евро. Нет смысла покупать этот приемник, чтобы слушать цифровое радио, для этого есть интернет. Есть аналоговое радиовещание хорошего качества, человек слышит определенную узкую полосу частот, это вполне его удовлетворяет, и количество радиостанций, например 18, на данный момент достаточно. Поэтому радио останется в такой форме, в которой есть. К нему добавятся еще какие-то проекты, которые будут его дальше двигать и в интернете, и в других средах.
– Очень оптимистичные прогнозы.
– Скажем так, если потом радио постараются убрать, оно просто перейдет в другую форму. Звук останется. Через органы чувств человеку поступает информация, в том числе через уши, поэтому всегда будет кто-то стараться что-то шепнуть. Это будет называться не радио, а какой-нибудь «аудиовизуэйшен», какой-нибудь сумасшедший проект, но это все равно будет, смысл велосипед придумывать?
– Кстати, вот еще хочу поговорить об одной составляющей радиостанции «7 Небо» и в целом радио: это реклама. Есть какие-то изменения за 22 года, как менялась аудиореклама? Или, по ощущениям, она вообще не меняется?
– Она меняется с меньшим шагом. 22 года – это большой промежуток, человеку дают в рекламе то, что хотелось бы получать. Человеку нужно получать от рекламируемых продуктов и услуг результат. Меняется общество, взгляды, пожелания, и, естественно, меняется весь набор рекламируемых вещей и форма подачи.
– По моим ощущениям, реклама становится менее затейливой, что ли. Раньше иногда рождались шедевры рекламного зодчества. Сейчас включаешь любую радиостанцию (не «7 Небо»: на «7 Небе» уникальная реклама), включаешь – и скучно. А хочется прямо…
– Историю?
– «Каннские львы», но не за телеролик, а за аудиоролик.
– Когда ты нашел фишку, ты можешь ее просто шепнуть – и все, и она достигнет своего результата, у тебя будут перспективные клиенты. Информационная реклама, которая реально поглощает нас, это просто оттого, что надо как-то быстро донести информацию, а времени и денег на творчество не хватает. Поэтому все выстреливает банальной фразой «Приглашаем за чем-то или для чего-то». Креативные идеи в видеоконтенте больше востребованы. Меняется желание людей слышать рекламу: они хотят сейчас слышать коротко и ясно. И на это ведется по большому счету весь рекламодатель. Но когда ты хочешь продать то же самое, что у всех, но оригинально, тебе приходится изворачиваться в рекламе. Поэтому шедевры, если они в данный момент возникают, – это как раз у тех людей, которые…
– Могут себе позволить заказать такой шедевр.
– Да, и очень четко продумывают свой бизнес, потому что им вложения в рекламу должны вернуться будущей прибылью.
– Все не могу успокоиться о радиоведущих. На «7 Небе» была школа.
– Нет.
– Как нет?
– Она была международная, общероссийская, мы просто предоставляли возможность на радио пользоваться какими-то техническими возможностями.
– На «7 Небе» была радиошкола. Андрей скромничает: «Мы просто площадку предоставляли».
– Площадку предоставляли, потому что мы, честно скажу, не готовы заниматься этим видом деятельности в таком объеме. Если б мы сделали радиошколу, это были бы не курсы, а действительно школа. Человек, прежде чем что-то сделать, в течение двух месяцев пишет тексты. Как стать ведущим – курс немаленький. Человек пишет свои мысли на бумаге, потом, когда садится к микрофону, он понимает то, что если то, что он написал, говорить – его никто слушать не будет. Он вычеркивает, вычеркивает, вычеркивает, оставляет какую-то ключевую фразу в эфир. Почему должна оставаться какая-то тайна? Я никогда не забуду, когда, например, один ведущей рассказывал, когда он говорит: «Я почувствовал, как ко мне на плечо сел ангел, он взмахнул своими белыми крыльями…» – я говорю: «Стоп! Не надо объяснять, какой ангел, у каждого он свой. Оставь эту тайну для слушателей, это ощущение недосказанности должно быть ярким». Ты дай зацепку, а оно должно пойти дальше. Поэтому вот этот образ мышления – самое важное: кто-то с этим рождается. А кому-то приходится к этому приходить, чтобы быть смелым, и вот когда форму общения со слушателем он просто доводит до автоматизма – тогда получается радиоведущий. Как ведущий он просто универсален: потом кто-то начинает учиться, двигаться, переходить в другие, телевизионные проекты, но это перспективы.
– Итак, хороший голос, четкие мысли, прекрасный рассказчик анекдотов – а дальше на радио включают эзотерику и мистику.
– Я добавлю еще интонации, потому что это тоже важная вещь – не пускать петуха, чтобы речь была ровной и с интонационными точками там, где они должны быть. Если смотреть дальше, потом понимаешь, что у каждого человека надо еще где-то чуть-чуть подрулить, где-то что-то сделать, но если он к тому моменту он известен и популярен, не все готовы слышать советы. Поэтому иногда и отпускаю – пусть продолжает как есть.
– Но ты говорил, что имидж любой радиостанции делает ее ведущий, да?
– Да.
– Трудно себе представить радиостанцию, на которой ведущий бы работал с 20 лет и до 60.
– Это карьерный шаг. Что греха таить, во-первых, это не настолько финансово благодарная профессия. Люди, которые работают на радио, действительно воспринимают это как хобби. Если человек стремится к большим выгодам для себя, он идет дальше. И еще это, наверно, принцип: каждые семь лет надо поменять профессию. У людей тоже это срабатывает: они иногда выгорают, если у них нет новых проектов, они устают, если нет новых свершений, новых моментов. Действительно там, в Москве, многие становятся редакторами, шоуменами. Но все – около СМИ, они все остаются в этой связке. Радио – это просто шаг, который их приводит к первым успехам. Я много примеров знаю в Пскове, когда люди, начиная с радиостанций, потом становятся телеведущими или уходят дальше в совершенно другие области. Но везде это проба себя и хороший опыт в профессии.
– «7 Небо» входит в состав государственного медиахолдинга Псковской области, который находится на улице Ленина в Пскове. Вот мы сейчас с Андреем идем и беседуем, а мимо нас – главный архитектор области, заместитель губернатора, общественники «Убитых дорог». В общем, «Седьмое небо» находится в мейнстриме, на передовой, на улице центрального движения – может быть, поэтому оно успешно, потому что постоянно находится в центре жизни?
– Вообще подтянул бы, что это центр Вселенной.
– Это центр Вселенной! В центре Вселенной, открою вам тайну, должно быть тихо и спокойно, и Андрей – тот человек, который вокруг себя собирает такой коллектив, которому очень комфортно и уютно работать. И когда он говорит о том, что есть ребята, которые отработали на радио чуть ли не с момента основания, это, на мой взгляд, один из показателей того, что для них радио стало реальным домом.
– Семьей, да. У нас действительно коллектив находится в ощущении комфорта. История очень простая: каждому человеку надо создать те условия, в которых он комфортно может потом раскрыться.
– Вспомни «Убитые дороги» – и вот они.
– А это не только «Убитые дороги». Дмитрий, кстати, начинал работу на радиостанции музыкантом и озвучивал многие ролики, если кто-то не знает. Если кто-то не знает Цопова, ему привет: он на «7 Небе» тоже начинал. К ведущему вообще надо относиться по-особенному, потому что он приходит на эфир, а может быть, дома у него не сложилось, евро обвалился, что-то еще произошло не так – в этот момент приходится «включать» именно ту атмосферу, чтобы человек понимал, что он теперь в зоне комфорта и его здесь беспокоит только радость.

OnAir.ru

«На позитивной волне»: Андрей Калинин — о будущем радио, тайнах эфира и звездных гостях​. У псковской радиостанции «Седьмое небо» день рождения: ей исполнилось 22 года .