1998 г. — РАДИОАКТИВНЫЕ ЛЮДИ

Профессия

«Говорит Москва. Передаем сигналы точного времени». С этими словами мы просыпались и ложились спать. Сегодня достаточно нажать кнопку стереосистемы, чтобы услышать такое… о чем еще десять лет назад говорили разве что на кухне или (о Боже!) в постели. И все благодаря появлению коммерческого радио. Теперь для того, чтобы сделать карьеру в эфире (стать ди-джеем), хорошо поставленного голоса мало. Надо быть личностью.

Профессия радиоведущего коммерческой станции — одна из самых молодых в России. А значит, и одна из самых динамично развивающихся. При том, что сентябрьский кризис сильно пошатнул многие СМИ, ни одна популярная радиостанция, вещающая в FMдиапазоне, не прекратила своего существования. Во-первых, потому, что музыка вечна (уж простите за сентенцию) и курс доллара не влияет на слух народонаселения. А во-вторых, чем хуже новости, тем легче живется нашему брату журналисту. Общество для него — что пациент для доктора: чем больнее, тем больше практики. А чем больше практики — тем легче заработать популярность и хорошие деньги.

Итак, если вы хотите стать звездой, влиять на массовое сознание и при этом получать деньги и кайф, самое время подумать о карьере радиоведущего.

Человек-оркестр

В чем же разница между диктором и ведущим? Диктор — человек, который обращается к аудитории от имени вещательного канала или его хозяина. Диктор себя не представляет. Десятилетиями к микрофону подходил не творец, а пропагандист. При этом действовало железное правило: «Слово не воробей, поймают — вылетишь». Руководство радиовещания определяло не только текст, но и интонации диктора. Поэтому не могло быть и речи о каком-либо самовыражении. Импровизировать и отступать от заранее утвержденного текста было смерти подобно. Ведущий же — он и автор, и редактор, и озвучиватель собственного текста, и актер. Одним словом, человек-оркестр. Он говорит только от себя. Чем и интересен. Понятие «ведущий прямого эфира» появилось только в 1987 году, когда заработал «Молодежный канал» радиостанции «Юность». На радио пришли молодые люди, которые показали, что эфир может быть свободным, что в нем может звучать разная музыка, могут выступать разные люди, порой с диаметрально противоположными взглядами на одну и ту же проблему, а сами ведущие должны быть живыми, реальными собеседниками своих слушателей. Те, в свою очередь, могут стать участниками передач — телефон на что?

Так начиналось альтернативное радио: 30 апреля 1990 года появилась первая коммерческая радиостанция «Европа-плюс», 22 августа того же года начала вещание радиостанция «Эхо Москвы», 4 января 1991 года — первая частная информационно — музыкальная радиостанция SNC, созданная музыкантом и продюсером Стасом Наминым, а потом уже и все остальные всем известные теперь станции: радио ROKS, «Максимум», «Радио-101″…

Надо брать голосом

На работу в коммерческие радиостанции стали брать молодых жизнерадостных людей, чаще всего не имеющих никакого опыта работы на радио (тем более государственном), которые могли бы общаться со слушателями на их языке, не опускаясь при этом до жаргона, способных быстро обучаться работе с микшерным пультом, CD-плейерами, карт-машинами, компьютерами. В результате ведущие эфира и информационных программ заметно помолодели. Ими становились люди 19—25 лет. Этого требовал энергичный формат радиоэфира. Радиоведущие делятся на две категории: ведущие музыкальных программ (собственно ди-джеи, или диск-жокеи) и ведущие информационных выпусков (ньюс-ридеры), которые время от времени читают в прямом эфире новости. Радио-ди-джеев ни в коем случае нельзя путать с ди-джеями дискотек. Последние занимаются сведением различных виниловых дисков и созданием новых миксов мелодий. Задача же ди-джея на радио — создавать не мелодии, а настроение слушателей своими репликами и музыкой. Исключение — молодежное радио «Станция 106,8», где ди-джеи сводят пластинки в прямом эфире и играют электронную музыку. Диск-жокея можно смело назвать архитектором человеческого настроения. Особняком стоят элитарные personalities, ведущие авторских программ. Гонорары их исчисляются тысячами долларов. Задача такого ведущего гораздо сложнее. Ему необходимо удержать внимание слушателей, имея в распоряжении только собственную персону и язык без костей. Музыки во время такой программы почти нет. Подобным самовыражением занимается, например, Николай Фоменко на «Русском радио».

Ведущий радиостанции становится торговой маркой, голосом фирмы, как Клаудиа Шиффер является лицом «Ревлона». А поэтому от его «фирменной» манеры ведения музыкальных программ, стиля, приемов общения с аудиторией во многом зависит популярность станции. В монографии The Radiostation Майкла Си. Кейта можно найти принятую во всем мире классификацию ди-джеев: Hard — самый высокооплачиваемый ди-джей, умеющий приковывать к себе внимание, яркая личность. Он прекрасно разбирается во всех музыкальных стилях и направлениях. Ему позволена максимальная свобода самовыражения в эфире. Medium — ведущий, обладающий меньшей свободой в эфире. Он получает меньше денег. Medium служит связующим звеном между публикой и музыкой, не надоедает слушателю излишними репликами. Light — самый низкооплачиваемый ди-джей, произносящий в эфир только название радиостанции, свое имя и название музыкальной композиции.

На Западе для того, чтобы стать ди-джеем высшей категории, хочешь не хочешь, придется пройти две вышеупомянутые карьерные ступеньки. В России все проще. Главное — быть незаурядной личностью и инициативным человеком.

Словарный запас от диплома не зависит

Григорий Погосян, обозреватель радио «Европа-плюс»: «На «Европе-плюс» я работал информационным ведущим, и у меня была своя рубрика «Бизнес-курьез». Но мне хотелось попробовать себя в чем-то новом. Тогда я сказал нашему программному директору: «Почему у нас ди-джеями работают почти одни девушки? Давай я попробую». А он мне: «Да ты даже английского не знаешь». Я знал испанский. Это оказалось веским аргументом, и мне дали «добро». Со временем я стал понимать не только английский, но и музыку. Но ведь для ди-джея не это самое главное. Главное — настроение. Что-что, а настроение я могу поднять кому угодно».

Радиоведущий коммерческой станции — одна из немногих профессий, не требующих диплома о специальном образовании. Ваши аттестаты не заинтересуют ни одного программного директора (именно этот человек вправе взять на работу нового человека). Ему важнее ваши манера общения, кругозор, обаяние, умение четко и оригинально формулировать свои мысли и интерпретировать происходящие вокруг вас события. А эти качества не зависят от оконченного факультета. Среди популярных ди-джеев коммерческих радиостанций те, кто заканчивал радиогруппу, скажем, факультета журналистики МГУ, составляют единицы. По словам Анны Малининой, на радио России Nostalgie среди ведущих в основном можно найти профессиональных переводчиков, актеров, педагогов, даже статиста и юриста.

Радиостанции предпочитают брать на работу человека без опыта и сами куют кадры. Легче научить, чем переучивать. Так что, если вы мечтаете работать на радио, вовсе не обязательно поступать на факультеты журналистики вузов и просиживать штаны в течение пяти лет, изучая опыты Попова и сдавая нормативы по физ-ре. Стать ди-джеем-профи можно, общаясь только с микрофоном. Начать можно с микрофона для караоке за 100 рублей. Подключаете его к своему бытовому магнитофону и записываете всякую отсебятину, то и дело отбивая ее музыкальными фрагментами. По крайней мере, так советует Михаил Эйдельман, программный директор радио «Максимум». Ваша кассета с записью называется на языке профессионалов скиммером. Остается прислать этот самый скиммер и собственное резюме (не забудьте указать, что вы владеете английским языком) на имя программного директора любимой радиостанции. Если вы его заинтригуете своим произведением, ждите приглашения на интервью. Теперь уж все зависит от вашего личного обаяния.

В последнее время у фанатиков, мечтающих работать на радио, появилась возможность попасть практически на любую станцию с одного пинка. Достаточно собрать энную сумму американских долларов. В связи со всеобщим обнищанием (которое затронуло и радиобизнес) радиостанции охотно идут на платное сотрудничество: платите деньги (от $300) и делайте на радио что хотите. Только не вздумайте предлагать радио России Nostalgie программу о СПИДе и наркомании, а «Русскому радио» — об истории американского рока. Программа по своим тематике и стилистике не должна выбиваться из общего формата станции.

Птица Говорун отличается умом и сообразительностью

Профессиональный радио-ди-джей должен отвечать целому ряду требований. Самое, пожалуй, важное качество — настрой на общение. Ведущий должен быть готов к постоянной эмоциональной нагрузке. Прямой эфир — это контакт с многотысячной аудиторией, что уже создает нервное напряжение. Александр Абрахимов, директор и ведущий информационных программ радио «Максимум»: «Я вспоминаю первое время своей работы в эфире: я приходил в студию, отчитывал трехминутный выпуск, после чего с меня пот лился ручьем. Я понимал почему: когда человек появляется в эфире, он чувствует ответственность перед массой слушателей. Они, как вампиры, вытягивают из тебя всю энергетику». Ведущая программы «Гостиная» радио «Эхо Москвы» Ксения Ларина называет подобный эффект синдромом продавщицы: «Вас много, а я одна». Ди-джеи с хрупкой психикой вряд ли смогут долго выдерживать подобное испытание. Нигде выражение «Время — деньги» так не актуально, как на радио, где постоянно нужно укладываться во временныУДАРЕНИЕ!!е рамки.

Ксения Стриж, ди-джей радио «Классика»: «Ди-джей должен четко ориентироваться во времени. За десять секунд можно выдать массу информации, а любая неоправданная пауза может быть расценена как непрофессионализм. Я точно знаю: временем умеет распоряжаться далеко не каждый. Это как чувство ритма — либо оно есть, либо его нет. Для меня на начальном этапе поймать время было самым сложным. Приходилось пользоваться секундомером, чтобы уложиться секунда в секунду. С опытом, правда, научилась чувствовать время. Сейчас я четко знаю, сколько слов и предложений у меня умещается в единицу времени». Важный атрибут ди-джея — «радийный» голос. Четкая дикция и отсутствие явных дефектов речи. Оптимальное «радийное» звучание — отчетливое, дружелюбное, ненапряженное и излучающее уверенность, чтобы слушатель не сомневался в станции и продукции, которую та рекламирует.

В последнее время в развлекательных средствах массовой информации появилась новая концепция — концепция уязвимости. Представление о ведущем эфира как о недосягаемой звезде сменилось образом человека, до которого слушатель может «дотронуться». Слушатели больше не ожидают от радиоведущего совершенства во всем. Им приятно слышать в эфире человека, такого же, как они, иногда ошибающегося. В то же время заикающийся от волнения, неуверенный в себе ведущий вызывает у слушателя неприятные эмоции. С другой стороны, уверенность никогда не должна переходить в высокомерие. Впрочем, все зависит от радиостанции. Если вы хотите попасть на работу, скажем, на интеллигентскую Nostalgie, предварительно на всякий случай загляните к логопеду и купите учебник по орфоэпии. На этом радио не терпят плохого русского языка, впрочем, как и французского. Nostalgie — одна из немногих станций, где руководство придерживается мнения, что голос ведущего должен быть красивым и приятным — низким, грудным, обволакивающим, интригующим и, если хотите, сексуальным. Таким, как у любимого и самого популярного ведущего этой станции Андрея Баршева. А вот Александр Абрахимов считает, что все это чепуха: «Я не переношу, когда инженеры эфира пропускают мой голос через специальный синтезатор и делают его более низким и бархатистым. Я считаю, что голос должен быть человеческим и легко узнаваемым. Он должен располагать. А глубокими, поставленными голосами можно только с трибуны вещать». Впрочем, о вкусах не спорят. Главное о чем должен помнить каждый начинающий ди-джей,— для работы ему нужна хорошая дыхалка. Не хуже, чем у легкоатлетов. После 5—8-часового эфира посаженный голос — обычное дело. Так что от сигарет лучше отказаться навсегда и бесповоротно.

Сам Александр Абрахимов начинал свою карьеру радиоведущего с того, что выезжал на Клязьму, брал какую-нибудь гласную и орал что было мочи — тренировал дыхание. Отдыхающие смотрели на будущую звезду с явным неодобрением. Теперь после эфира слегка охрипший Абрахимов с облегчением говорит: «Отлевитанил». На разных станциях требуются не только разные голоса, но и разные манеры ведения эфира. Например, ди-джею молодежной хит-станции полагается излучать энергию, а в более «взрослых» форматах уместны спокойствие и уравновешенность. Поэтому для ди-джея очень важно уметь приспособить свою манеру ведения эфира к специфике вещания конкретной радиостанции. На объем присутствия ди-джея в эфире и его стиль зачастую оказывает влияние даже время суток. Утром слушателя нужно проинформировать, ободрить и настроить на новый рабочий день — соответственно место в эфире отдано более энергичному, веселому и даже острому на язык ди-джею. В течение первой половины дня (с 10.00 до 15.00) аудитории нужен неназойливый собеседник. От ди-джея ждут больше музыки, чем болтологии. То же самое во второй половине рабочего дня. В 15.00—19.00 слушатели ожидают не столько подбадривания, сколько информации и сопереживания («Еще один рабочий день позади»). При этом, как и утром, слушатели настроены на живую, энергичную манеру ведения эфира. Вечером на станциях, функционирующих в более «взрослых» форматах, программируется больше музыки, и ди-джей играет второстепенную роль. «Молодежные» форматы, наоборот, предлагают слушателю энергичных, «заводных» ведущих и вечером, и даже ночью. Поэтому, когда вы обращаетесь на радиостанцию в поисках работы, учитывайте ее профиль и соотносите его со своими характером и темпераментом. Вряд ли 100-процентные холерики подойдут формату Nostalgie, а флегматики — радиостанции «106,8».

Отравленные эфиром

Если вы считаете, что работа ди-джея на радио предполагает творческий полет фантазии в выборе музыки, вы горько ошибаетесь. Что должно звучать в эфире, определяет музыкальный или программный директор. Ди-джеи очень обижаются, когда им на пейджер присылают сообщения типа: «Что вы ставите это старье? Видимо, у вас проблемы со вкусом». На самом деле ди-джея нельзя винить в том, что в эфире звучит не самая популярная или любимая мелодия: у радиостанции есть своя программная политика, свой музыкальный директор, а также свой хозяин, с которым лучше не конфликтовать. В начале рабочего дня ди-джей получает так называемый плей-лист — список песен, которые должны сегодня звучать в эфире. Забота ди-джея или его помощника — выбрать нужные компакт-диски из фонотеки радиостанции и подготовить рабочее место для эфира. На столе ди-джея может быть 3—4 проигрывателя компакт-дисков, столько же — мини-компакт-дисков, пульт, компьютер, который помогает запрограммировать очередность песен в эфире, и здоровенный микрофон. Радиоведущий коммерческой радиостанции сильно ограничен компьютерным программированием программы. Однако строгий порядок в эфире не должен нагонять на слушателя тоску, музыкальный ведущий должен уметь импровизировать, шутить, «прикалываться», болтать со слушателями по телефону так, чтобы всем остальным это было занятно. Короче, нужно быть личностью, которой есть что сказать, причем сказать так, чтобы заставить аудиторию прислушиваться к себе. Эфирный ведущий становится полновластным хозяином своего сегмента эфира, и проконтролировать его работу практически невозможно. Поэтому программный директор радиостанции должен быть абсолютно уверен в том, что ди-джей не скажет ничего лишнего и будет достойно представлять концепцию станции в эфире. Может быть, именно поэтому на радиостанциях нет большой текучести кадров. Если ди-джею доверяют начальство и слушатели, его будут хранить как зеницу ока. Новичков набирают в том случае, если расширяется формат станции, появляются новые программы или ди-джеи переходят на более высокооплачиваемую работу программных или музыкальных директоров. Последнее случается не так уж часто: диск-жокеи не считают это карьерным ростом и предпочитает расти профессионально, сидя у микрофона. Для творческого человека, тем более «отравленного» прямым эфиром, административная работа — каторга. Поэтому, если даже у ведущего есть неплохие деловые задатки и ему предложили административную работу, такой человек постарается совместить полезное с приятным. Так поступил Александр Абрахимов, который на радио «Максимум» совмещает работу информационного ведущего и директора информационных программ. Нагрузка соответственно двойная, зато и зарплата выросла. Сам Александр предпочитает не раскрывать цифр. Намекнул лишь, что речь идет о тысячах долларов в месяц. Чего стоит одно то, что г-н Абрахимов снимает двухэтажную квартиру прямо напротив своей станции, которая находится на Пушкинской площади! К слову, о заработках. Как удалось выяснить в ходе тайного «социологического» опроса, диск-жокеи в столице получают от $500 до $1,5 тысячи. Гонорары «звезд» могут достигать и $5 тысяч. Работа ведущего информационного блока, как правило, оценивается не так высоко, как ди-джеев. Во-первых, потому, что стать популярным, читая непопулярные новости, гораздо сложнее. А во-вторых, потому, что сидеть один на один с микрофоном шесть часов подряд — это не для слабых. Зачастую трудно выкроить минутку, чтобы справить естественные потребности организма.

За что я люблю свою профессию

Александр Абрахимов, радио «Максимум», директор и ведущий информационных программ:

«За то, что она древнейшая. И продолжать ее традиции — большая честь для меня. Я все-таки профессиональный журналист. А если серьезно, за то, что она выжимает из меня последние соки. За то, что она не дает мне расслабиться и заставляет каждый день шевелить мозгами. Она делает меня быть хитрым, мобильным, активным. Дает возможность быть популярным и манипулировать сознанием масс. Я этого не скрываю и получаю от этого кайф. Ко всему прочему, эта профессия дает возможность иметь тысячи, миллионы друзей».

Ксения Ларина, ведущая программы «Гостиная» радио «Эхо Москвы»:

«За независимость. Могу делать то, что хочу. Хотя то, что я не могу себе позволить в жизни, никогда не позволю и в эфире. Это самоцензура».

Евгений Рудин (DJ Groove), ди-джей радио «Станция 106,8»:

«За то, что эта профессия позволяет мне быть музыкантом. Ведь я не только говорю в эфире, но и свожу пластинки, создаю собственные хиты».

Ксения Стриж, ди-джей радио «Классика»:

«За то, что эта профессия даже лучше, чем актерская. Потому что ты как бы тоже занимаешься лицедейством, но в отличие от актера говоришь свои слова, а не чужие.

К тому же это очень хорошая самореализация, потому что в нашей жизни мы не всегда можем поделиться с кем-нибудь своими мысли. А на радио это возможно. Да и вообще приятно сознавать, что ты сидишь в какой-то коробочке, а тебя слышит вся страна».

Григорий Погосян, обозреватель радио «Европа-плюс»:

«За то, что — что хочу, то и молочу. Захочу анекдот рассказать не очень приличный — расскажу. Так приятно сознавать, что из-за твоей шутки кто-то улыбнулся сегодня и кого-нибудь не застрелил.

Мне как-то пришло письмо от «соколов» Джохара Дудаева, где было написано: «Спасибо вам. «Европа-плюс» на нашу карту террористических актов не попадет».

Татьяна Бочарова, музыкальный ведущий радио «Максимум»:

«За то, что можно говорить правду. Могу в прямом эфире Лужкову пожаловаться на то, что на улицах снега много или на стадионах в проходах запрещают пиво пить. Просто за державу обидно!»

Светлана Казаринова, ди-джей «Русского радио»:

«За то, что эта работа не отнимает много времени и позволяет почувствовать себя творческим человеком. А еще за то, что я ничего другого делать не умею, а это вроде бы у меня получается».

Адрей Баршев, ведущий музыкальных программ радио России Nostalgie:

«За то, что у меня великолепная студия, что мне тепло в любую погоду, что я слушаю красивую музыку, беседую с интересными людьми и мне еще за это деньги платят».

За что я не люблю свою профессию

Александр Абрахимов, радио «Максимум», директор и ведущий информационных программ:

«Наверное, я облучаюсь в студии, раз так устаю. Но, слава Богу, на потенции это пока не сказалось, значит, не очень и облучаюсь. Зрение село, стал очки носить, потому что приходится много читать при локальном свете».

Ксения Ларина, ведущая программы «Гостиная» радио «Эхо Москвы»:

«За то, что всегда приходится быть в гуще событий, а они не всегда приятные. И за синдром продавщицы не люблю: «Вас много, а я одна». Вся энергия высасывается».

Евгений Рудин (DJ Groove), ди-джей радио «Станция 106,8»:

«За то, что приходится не спать ночами и терять свое здоровье».

Ксения Стриж, ди-джей радио «Классика»:

«За то, что ни в одной другой профессии нет такого числа маньяков, которые тебя окружают. Я имею в виду таких нездоровых людей, которые тебя преследуют посредством телефона и пейджера. От этого постоянно приходится защищаться. Сидишь здесь один, и настроение тебе может испортить кто угодно и как угодно. Каждый норовит дать совет: то ты не то поставил, то не так что-то сказал».

Григорий Погосян, обозреватель радио «Европа-плюс»:

«За то, что нажраться допьяна и не прийти на работу, к сожалению, нельзя. Тогда об этом узнает вся страна».

Татьяна Бочарова, музыкальный ведущий радио «Максимум»:

«За то, что иногда по-русски трудно говорить. Лезет один английский. И никого не касается, что ты не в настроении глаголы спрягать, существительные склонять.

И вообще, когда сидишь по шесть часов наедине с микрофоном и пытаешься понравиться слушателям, которых не видишь, это напоминает онанизм».

Светлана Казаринова, ди-джей «Русского радио»:

«За то, что всегда находишься на стрvме, потому что все время расписано по секундам. Иногда не нравится песня, которая указана в плей-листе, но это ремесло, и приходится слушать то, что тебе не нравится».

Адрей Баршев, ведущий музыкальных программ радио России Nostalgie:

«За то, что бывают собственные ошибки, за которые стыдно. Никто за них не ругает, не штрафует и не делает выговоров. Но чувствую: в жар бросает. Например, когда появляется неоправданная пауза в эфире или смысловая ошибка, которую замечают даже непрофессионалы».

Голос босса

Степан Строев, директор программ «Русского радио»:

«Не возьму на работу олигофрена с выбитыми зубами, который ко всему прочему не умеет читать по-русски. А возьму практически любого, кто сможет произвести первое впечатление. На стажировку, разумеется. Конечно, хотелось бы, чтобы люди были симпатичными, адекватными и вменяемыми, улыбались почаще и не были замкнутыми».

Игорь Овруцкий, программный директор радио России Nostalgie:

«Главное для ведущего нашего радио — быть образованным и интеллигентным человеком, который может легко расположить к себе собеседника. Если он интересный собеседник в жизни, то его можно смело брать на работу.
Не возьму человека без внутренней культуры».

Юрий Аксюта, директор программ радио «Европа-плюс»:

«Главное в человеке — гармония между профессиональными и человеческими качествами. Ведущий должен быть прежде всего личностью, но при этом он не должен забывать, что работает в команде. Ди-джей должен уметь быть гибким, как глина, и при этом обладать яркой индивидуальностью. Дикции же можно научить, и голос поставить.
Не возьму глупого, бездарного, интригана и человека с дурной репутацией».

Алексей Венедиктов, главный редактор радио «Эхо Москвы»:

«Чистота речи желательна, но необязательна. Возьму человека самостоятельного, ориентирующегося в музыке и новостях.
Не возьму на работу члена любой политической партии. Это запрещено уставом нашей радиостанции».

Михаил Эйдельман, программный директор радио «Максимум»:

«Я бы взял на работу всех, кто сейчас работает на радио «Максимум», и не взял бы никого, кто здесь не работает.
Точно не возьму ди-джея, который работает на другой радиостанции. Ведущий не должен быть глупым, потому что радио обладает уникальной способностью: здесь легко проявляется эффект голого короля. Радио, как никакое другое СМИ, выявляет человеческие глупость, ограниченность и фальшь».

© Денис Морозов